Катерина Клёнова

Вопросы к тебе

Это рассказ и он выдуман мною

Она любит задавать вопросы ради получения правильных ответов. Тех, которые заранее про себя подготовила. Мы вечно играем в угадайку, где моя задача состоит только в том, чтобы озвучить то, что она рассчитывает услышать. Ей интересно знать, когда я подравняю усы или завершу очередной проект на работе. То есть важно знать те вещи, на которые у меня никогда нет ответа. Вот если бы она спросила: «Как я выгляжу, когда злюсь?» Я бы ответил, что, как ни парадоксально, но злость ей к лицу. Не ярая, не гневная, не сверкающая глазами, а немного наигранная и мелководная, как речка в деревне на юге. Такая, которую легко превратить в радость, если рассмеяться ей в лицо или хотя бы улыбнуться. Я знаю, что она не выдержит и улыбнётся в ответ, а значит, та злость была как будто бы ненастоящая, но такая очаровательная.

Я бы рассказал ей, как она сосредоточена, когда работает, если б спросила. Признался бы, что в момент её твёрдого взгляда и беззвучного проговаривания написанных слов, больше всего на свете хочется, чтобы отвлеклась и посмотрела на меня. Пусть молча, пусть на пару секунд, мне бы хватило.

Я бы рассказал ей всё, что знаю о ней. Провёл бы экскурсию по её телу, спектру эмоций и фирменным движениям. Указал бы на все изгибы и тонкости, правильные черты и неправильные, но оттого ещё более прекрасные.

Она всегда задаёт не те вопросы. Вернее не так, она ставит меня ими в тупик, угол. Заводит туда как бы невзначай, держа мою руку в своей, оборачиваясь и проверяя, на месте я, иду ли за ней или это всё обман? А я как школьник всегда не готов, садись, два! Но даже если она однажды задаст один из самых важных вопросов, то заранее знаю, что или не поверит, или зажмурится и заставит замолчать. Скажет, чтоб не признавался ни за что, потому что это сплошная магия и нечто тонкое, рвущееся. А я и правда замолчал бы так и не сказав ничего кроме: «Ты...» Может быть, этого достаточно?

***
Однажды она спросила меня: «Я, тот человек, которого ты искал?» Вопрос звучал буднично и так, словно она интересовалась, что я буду на завтрак — пшённую кашу или блинчики. Её выдавал взгляд, очень женский и понимающий. И тут до меня дошло, что женщинам всегда и во всём нужны подтверждения любви. Им мало, чтобы их любили, гораздо важнее подтверждать статус. Им важно щупать, вдыхать, надевать эти доказательства и самое главное — слышать их. В общем, я не выдержал тогда и закатил глаза, а она расценила это как «нет», обиделась, замолчала и ушла в другую комнату.

Как-то раз, ещё до того момента, когда всё закрутилось, мы лежали и болтали, а потом я вдруг спросил: «Как долго продлится наша дружба?» Она посмотрела на меня очень серьёзно, а затем улыбнулась и сказала: «Вечность». Через несколько месяцев спустя призналась, что тот вопрос её задел и спровоцировал бурю эмоций внутри — какая ещё дружба, идиот, ты же нравишься мне! А ведь и она мне нравилась и этим вопросом я пытался это показать, только у меня не вышло. Как и теперь с ответом.

***
За то время, что мы успели вдвоём пережить, испытать и пройти я уяснил много всего. Если в самом начале наших отношений я был похож на очень плохого и покалеченного сапёра, который каким-то чудом дожил до 30, то через пару лет я наконец понял логику установки мин и научился их не только обходить, но и обезвреживать. Я знаю, что сколько бы она не говорила о своей уверенности, каждый раз продолжает ждать от меня похвалы и подбадриваний. Ей нужно знать, что она молодец, талант и всё сможет. Я знаю, что она не обращает ни малейшего внимания на блёклые фразы вроде «удачи» или «всё будет хорошо». Когда их слышит от кого-то, то делает свой фирменный жест — складывает руку в виде гусиного клюва и начинает им щёлкать, приговаривая: «Бла-бла-бла».

***
Не понял, как произошло, что однажды перестал существовать отдельный и целостный я. Тот, который не уверен в себе, боится всего нового, постоянно чего-то опасается как бы на всякий случай. Вместо этого во мне возникло нечто противоположное. Так ей и сказал: «Больше не ощущаю тебя рядом, ты просто всегда будто внутри меня, моя часть». Она улыбнулась и ничего не ответила. И правильно, что промолчала, всё итак понятно.

***
По правде говоря, я ведь тоже ничерта не смыслю в правильных вопросах. По-моему, ещё ни разу не задал такой, чтоб она восприняла его хорошо. С миром. Я люблю говорить глупости и следить за её реакцией, она каждый раз злится. Каждый раз по-особенному. Хоть и знает, что я дурачусь.

Мне нравится спрашивать: «А что было бы если б я прям сейчас упал с балкона и умер?» Или: «А что бы ты делала, если бы у меня был рост метр сорок?» Говорит, что ненавидит эти шутки, но частенько смеётся, а после волны веселья становится очень серьёзной и просит, чтобы я так не делал. Иногда я перегибаю. Пару раз после моих шуток она плакала. Я выпалил что-то идиотское, засмеялся, а она изменилась в лице, сказала что-то вроде: «Зачем ты такое говоришь?» И разревелась. Я кинулся к ней. Если б мог, то обнял бы всю разом. Со всеми страхами, болями и занозами. И кажется, я мог. Именно так и обнимал. Вглядывался в неё. Проверял, не надломилось ли? Нет. Целое. Любящее. Солёное от слёз.

***
Мои вопросы с суицидальными и смешными подтекстами — это сплошное подтверждение, что мне тоже нужны правильные ответы. Я так же, как и она нуждаюсь в них. Разница только в том, что мне достаточно её взгляда, а она вечно просит больше.

***
Мы любим без «потому что», «за», «понимаешь», «так вышло, что...» Мы любим без пояснений, доказательств и ответов на вопросы. Произносим все эти глупости из-за слабости. Как будто вопрос — это попытка худого объятия. Как будто важно, чтобы просто взглянули и дали понять, мол, я с тобой, дружок, я здесь.

***
Недавно мы смотрели фильм, французскую драму «Он и она». Финальная сцена, титры, музыка играет, поворачиваюсь к ней, а она беззвучно плачет. Пугаюсь, говорю: «Ты чего, эй!» Молчит и всхлипывает. Обнимаю, трясу, требую ответа, произношу что-то вроде: «Это всего лишь фильм!» Проходит пару минут и она так тихонько признаётся: «Хочу, чтоб мы такими же были в старости...» Я не знал, что ответить. Поэтому решил по-идиотски пошутить. Расценила это как «а я нет», и расстроилась уже всерьёз. Не знал, как сказать ей то же самое про старость, любовь и прочее.

***
В ней изначально были заложены ответы на все заданные мною вопросы. Она сама оказалась ответом для меня, я — для неё. Я искал знания в книгах и ютубах, а они были рядом. Лежали на кровати с горстью черешни в руках, корчили мне рожицы исключительно в те моменты, когда я был очень занят, воровали из моей тарелки завтрак, а потом убегали, боясь щекоток.

Я искал где-то, а нашёл в нас. Всё, как у Полозковой: «...все ответы на все вопросы лежат внутри тебя, наберись же отваги взять и пооткрывать».

12 июня   любовь   рассказы

Среда, Серебренников, хорошо

Ешьте клубнику и смотрите кино Серебренникова. Сейчас сезон и первого, и второго. Сегодня мы посмотрели из старенького «Ученика», а тем временем по всему городу развесили афиши с его новым фильмом «Лето». Настоящего лета в городе можно пока не ждать, но не то что бы мне от этого особенно грустно. Сегодня помимо хорошего кино мы видели оранжевый закат, меня в новостных роликах и как Точка украла пакет и понеслась с ним в зубах в ванную прятаться. Хороший день, в общем.

6 июня   кино   уют

Пасмурно

Пасмурно. С одной стороны хочется в театр, с другой — почитать эссе Бродского. Вспоминаю, что в театре сегодня уже была и даже дважды. Правда, по работе, но тем не менее. Получается, театр сегодня неактуален. Тогда Бродский. Но лень. Думаю, из-за погоды, потому что при любых других раскладах за лень будет жутко стыдно. Тогда надо взбодриться. Возьму шлейку, Точку и свою решительность и выйду из квартиры. Дойдём до магазина, купим ягоды для пирога. Все будут глазеть на кошку в шлейке, а я — ужасно забавляться этому. Хороший план. Пойду реализовывать.

5 июня   нутакое

О Маяковском

Непонятно, что такого сказать о Маяковском, чтобы с ходу дать понять, как вдруг стал интересен и важен? Сказать, мол, прочти, тебе понравится? Тоска. К Маяковскому надо прийти самостоятельно, без сопровождения и угощений. И сказать: «Я о тебе наслышан».

А дальше только слушать как внутри отбивается ритм:

«Дождь обрыдал тротуары,
лужами сжатый жулик,
мокрый, лижет улиц забитый булыжником труп,
а на седых ресницах —
да! —
на ресницах морозных сосулек
слезы из глаз —
да! —
из опущенных глаз водосточных труб...»

Или этот:

«...Я вышел на площадь,
выжженный квартал
надел на голову, как рыжий парик.
Людям страшно — у меня изо рта
шевелит ногами непрожеванный крик...»
Или услышать: «...Мы солнца приколем любимым на платье,
из звёзд накуем серебрящихся брошек.
Бросьте квартиры!
Идите и гладьте —
гладьте сухих и чёрных кошек!»

К Маяковскому пришла недавно. Пришла и говорю: «Расскажи о себе!» Прочла на потолке одноимённой станции метро строчки из стихов, записала. Сходила на спектакль, запомнила. Прочла его «Люблю» и сборник стихов и поэм. Прочла по нескольку раз. Маяковский — не всегда просто. Маяковский — это про докопаться до сути и не разочароваться, узнав правду. Это всё про «Любовь»-книгу и про любовь-чувство.

5 июня   книги   поэзия

Лишнее

Отдала часть вещей и обуви в благотворительный фонд и советую тебе сделать то же самое.

После прочитанной книги «Искусство жить просто» я, разумеется, не научилась обходиться одной вилкой и куском мыла, но завела хорошую привычку — избавляться от вещей в случае нелюбви или пресыщения.

Мне казалось, что я итак к ним отношусь скептически и в случае чего могу собрать всё самое нужное в пару сумок, но не тут-то было. Юбка, которую покупала в 2009 году (страшно представить, как много времени прошло) всё это время лежала и ждала своего звёздного часа, а он всё не наставал. Подумала, что самое время. Отдала. Вместе с ней и вещи, которые стали велики, разонравились или потеряли актуальность. Всё это, нажитое непосильным трудом, уместилось в гигантский чёрный пакет и было изъято у меня курьером. Да-да, у социальных проектов появилась курьерская, эээ, как бы её назвать, служба. И не нужно тащить баулы самому.

Чувствую, что на очереди книги. Попробую себя в буккросинге что ли. Выкинуть рука не поднимется... Хотя, помнится, в свои 19-20 выбрасывала что-то из Минаева в урну и не расценивала за преступление. Приговаривала: «А нечего бумагу переводить было на такое». Чуть позже, в 21-22, со словами: «Гори оно синим пламенем», туда же отправились все кодексы РФ (просто с юриспруденцией как-то не сложилось).

После таких признаний можно сделать вывод, что я стала более интеллигентной и сдержанной. И советую тебе сделать то же самое. То есть сделать такой вывод, а не повторять за мной.

4 июня   Эксперимент

Про маленькие путешествия

Позавчера Егор решил открыть карту мира на компе, выбрать точку и изучить ландшафт местности и достопримечательности. В начале из дальнего угла комнаты раздавались звуки вроде: «Да ладно?», «офигеть!», «Кать, а ты знала...?» Потом он взялся называть вслух самые странные названия индийских городов и предлагать туда поехать. Больше остальных мне понравился городок Апох. Наверное, из-за короткого и ёмкого наименования. Особенно в сравнении с другими. (И я ещё думала, что венгерский язык — это сложно?) В общем, за вечер он побродил по Индии, Бангладешу, Африке и Америке. Спасибо Google Картам за это. Дёшево и сердито.

На второй вечер он воспользовался моей доверчивостью — сварил какао, вручил мне кружку и говорит: «Я пока карту посмотрю» В переводе на человеческий язык — это что-то вроде: «Ты всё равно пока занята, тогда и я делом займусь» И пошёл прямиком во Францию со словами: «Ну, и какие названия ты хочешь изучить сегодня?» Я засмеялась и чуть не подавилась какао. То ли из-за того, что вспомнила вчерашний экскурс в индийскую культуру, то ли от счастья, что французские названия более мелодичные, чем Кхаджурахо, Коимбатур и Вишакхапатнам.

1 июня   путешествия   уют

Вдруг стало очень шумно изнутри: про нескончаемый поток информации

Прочесть, рассказать друзьям, сделать репост, подписаться на канал — всё это стало таким обычным делом, что уровень информационного шума достиг каких-то невероятных значений. И останавливаться в этом своём росте явно не планирует.

Звоночком стал перегруз Телеграма. Он для меня исключительно рабочий, но помимо чатов по делу в нём расплодились источники разношёрстной информации. Когда мы собирались в Берлин, я нашла крутой канал про этот город, когда всерьёз взялась за английский, то добавила ещё парочку. Плюс, не обошлось безо всяких новостных лент (служба обязывает) и канала для прокачки русского языка (по той же причине). Когда мой Телеграм чуть не взорвался от количества сообщений, я поняла, что нужна переоценка ценностей. Проблема во всей красе вылезла на фоне трагедии в Кемерове — каждый что-то писал об этом. Даже каналы по изучению английского. Деться было в буквальном смысле некуда. И даже если я кликала на сообщение просто ради того, чтобы его уничтожить, то невольно выхватывала пару острых фраз и мне в очередной раз дурнело. Это как раз тот случай, когда хочется надеть бумажный пакет на голову и забиться в угол, потому что даже в условиях отсутствия протестных лозунгов на улицах (очень жаль, кстати), вдруг стало очень шумно изнутри.

Собрав всю волю в кулак, я взяла и призналась себе во всём — кого читаю, а без кого заживу аж даже ещё лучше и веселее. А потом взяла и отписалась.  После — добралась до Фейсбука и Инстаграма. В последнем отписалась от тех, кто неинтересен и запретила показывать истории — они уничтожают слишком много моего драгоценного времени, а первому устроила детокс-терапию. Избавилась от выпрашивальщиков лайков, профилей компаний и от тех, кто за рекламу продал душу дьяволу.

Недавно была на пресс-конференции, посвященной технологиям будущего, там в очередной раз услышала про то что современный человек внимательно читает только на протяжении первых восьми секунд, а потом НАДО НОГТИ НАКРАСИТЬ ГДЕ МОЯ РАСЧЁСКА ХОЧУ ЕСТЬ ЧТО ОН СКАЗАЛ МНЕ ТОГДА КОГДА МЫ ВЫШЛИ ИЗ РЕСТОРАНА А ГЛАВНОЕ ЗАЧЕМ. И как бы не раздражал своей потрёпанностью этот факт, он всё же близок к истине настолько сильно, как ты сейчас с экрану телефона.

Я за красивые решётки на фото и за разумные заборы внутри. А иначе полезет чернь и никакой бумажный пакет или угол уже не спасут.

24 апреля   мироустройство

О первой книге и «Любви пирата»

Готовлю блиц-интервью к Дню книги (23 апреля), разговаривать пришлось с сотрудниками библиотек. Спрашивала, мол, какую книгу первой прочли и всё такое.

Одна девушка рассказала, как росла в большом доме, где одну из комнат занимала библиотека со стеллажами под потолок. Первую книжку она прочла не сама, ей прочитал её дедушка-моряк. Он был книголюбом и сам сочинял истории для внучки. А ещё делился историями о путешествиях на корабле.

Узнала историю о том, как третлетний ребёнок сам читал сказки, потому что мама была библиотекарем. И этим всё сказано.

А потом эти девочки полюбил эссе Бродского, читали ночью с фонариком приключенческие романы и получили образование журналистов и культурологов.

Моя первая книга — «Робинзон Крузо». Сегодня позвонила маме и говорю: «Ма, ну ты же мне читала книги? Как я первую сама прочла? Расскажи!» Она ответила, что читать я начала с пяти лет и книгу про Робинзона советовала она, а я отнекивалась. Чтобы меня завлечь ей приходилось каждый вечер обсуждать со мной прочитанное.

Помню, как после истории про Крузо я решила прочесть столько книг, на сколько хватит сил. А манили меня женские романы, что стояли на нижней полке гигантского шкафа. Их читали все: мама, сестра, но не я. На уговоры семилетней Кати отвечали:«Рано! Вот вырастешь и прочтешь» А меня так влекла «Любовь пирата»! Помню, как обиделась и сказала: «Ма, а повзрослею — это когда? Когда мне лет 12 будет?»

В общем, мне уже в два раза больше того заветного возраста, а «Любовь пирата» так и лежит на какой-то полке какого-то шкафа там, дома.

21 апреля   книги

Деревянное небо квартиры

Есть такое упражнение — садишься, берёшь ручку и пишешь о том, что придёт в голову. Мне в последнее время пусто от несуществующих строк и я подумала, а почему бы и нет?

Мне нравится, что в нашей квартире паркет. Нет, правда. Есть в нём какая-то магия и память, которую никуда не применить. Все эти вытертости, царапины и корявые солнечные полосы, режущие пространство — ах!

Точка любит гладкие бруски — по ним проще скользить, когда скрываешься от неприятеля. Я, в общем-то, люблю все, потому что ценю за другое.

Паркет как полотно. Сейчас на нём два разобранных велика в стадии «к выходным они будут готовы», доски для усовершенствования письменного стола, большие колонки, неповоротливый диван и живёт цветок. Мы тоже живём среди всех этих вещей. Периодически их двигаем, убираем, перемещаем, выкидываем, покупаем новые и так до бесконечности, а паркет только поскрипывает в нескольких местах словно устал за этим наблюдать, но деваться ему некуда. Да и незачем.

Паркет хорош возможностью выдумывать истории и верить в них. Казалось, не о чем мне было написать, своим «всё хорошо» сама себе надоела, а вот, пожалуйста. Даже слово какое приятное — паркет. Произношу, а в голове фотографии рассветов и закатов на деревянном небе нашей квартиры.

20 апреля   уют

Периодически

— Чё он сказал?
— Будь здорова. Ну, или вали в свою Россию...

Мы идём по тц, я чихаю, а проходящий мимо немец с суровым выражением лица говорит мне что-то и уходит вдаль. Он просто строгий, думаю я, и на всякий случай запоздало добавляю: «Danke».

— Choose! Have a nice day!
— Danke! (и шёпотом Егору: «Чё он такой милый и незадолбанный?»)

Выходим из магазина, а на кассе сидит молодой немец (!!!). Он улыбается и болтает с посетителями, а я смотрю на эту невидаль и пытаюсь понять в чём подвох. Может быть, он приговорён к общественным работам и вот, отрабатывает тут, выслуживается. Может быть, это лесть. А может быть, просто нужно поверить, что где-то в мире за кассами сидят приятные люди и желают тебе хорошего дня не для галочки.

Периодически меня что-то нет-нет да и насторожит. Потому что в разрез. Надлом. Доказывает простое — разучились быть лёгкими, непринуждёнными, светлыми.

Периодически тянет поболтать с людьми, стоящими на остановке, улыбнуться, случайно услышав шутку, помочь выбрать молоко, опираясь на свой внушительный опыт ну и так далее. И если от первых ощущений мне колко, как от шерстяного свитера, то от вторых чертовски приятно.

Ранее Ctrl + ↓